Дистанційне навчання — теорія і практика  →  Разработка компьютерных средств обучения. Учебное пособие  →  1. Психолого-дидактические основы обучения  →  1.1.2 Базовые психические функции как предпосылки учения

1.1.2.11 Воля

Воля

Общая характеристика волевых процессов

Воля как способность человека к самодетерминации и саморегуляции делает его свободным от внешних обстоятельств. Воля делает человека во многом непредсказуемым, несводимым к простой арифметике действующих мотивов. Она вводит в жизнь человека по-настоящему субъективное измерение.

Воля является психической функцией, которая буквально пронизывает все стороны жизни человека. Она задает упорядоченность, целенаправленность и сознательность человеческой жизни и деятельности. «Волевое действие – это сознательное, целенаправленное действие, посредством которого человек осуществляет стоящую перед ним цель, подчиняя свои импульсы сознательному контролю и изменяя окружающую действительность в соответствии со своим замыслом», – пишет С.Л. Рубинштейн. Воля представляет собой, безусловно, высший уровень регуляции психики по отношению к уровням мотивации, эмоций и внимания.

Волевое действие определяется следующими вариантами условий его реализации:

• выбором мотивов и целей при их конфликте (селективная функция);
• восполнением дефицита побуждения к действию при отсутствии его достаточной мотивации (инициирующая функция);
• ослаблением избыточной мотивации при нежелательности действия (ингибирующая функция);
• поддержанием выбранного уровня выполнения действия при наличии помех (стабилизирующая функция);
• произвольной регуляцией внешних и внутренних действий и психических процессов.

Впервые среди греческих мыслителей волю основой нравственности сделал Аристотель. Он рассмотрел связь этики и человеческой воли, сделав человека ответственным за свою судьбу и благополучие. При этом он предвосхитил современную деятельностную трактовку воли, утверждав, что о волевом поступке можно говорить, только рассматривая целостную деятельность человека. «Человек – сила действующая. Первоначало действия, как хорошего, так и плохого, – это намерение, воля. Мы свои действия изменяем добровольно, так что и первоначало, т.е. намерение и воля, меняются добровольно. Отсюда ясно, что от нас зависит быть хорошими или дурными» («Большая этика» ).

Добровольность для Аристотеля – это, во-первых, свобода выбора, а во-вторых, ориентация на разумные цели. Воплощением воли является мужество. Причем, если граждане проявляют мужество «по принуждению начальников», то их мужество не является подлинным, во всяком случае, их мужество ниже по степени, так как «они поступают так не от стыда, а от страха, избегая не позора, а страдания» («Никомахова этика»).

Способность к совершению волевых действий (поступков) формируется по мере развития личности и воплощается в устойчивые личностные качества: целеустремленность, настойчивость, выдержку, решительность, инициативность, самостоятельность, организованность, дисциплинированность, смелость и др. Безвольная личность характеризуется нерешительностью, внушаемостью, слабоволием, упрямством. Упрямство часто путают с истинным проявлением воли.

Воля как активность

В качестве основного атрибута волевого акта можно выделить три основных характеристики. Во-первых, в акте воли происходит объективация индивидуального Я и индивидуального поведения. В волевом акте субъект как бы «выпадает» из потока бытия и оценивает себя самого и мотивы своей деятельности извне. Например, вы должны признать свои взгляды неверными, хотя вам, конечно, очень не хочется этого делать. Чтобы внутренне согласиться с признанием своей ошибки, необходимо субъективно противопоставить себя самого и свою деятельность, на какое-то время отстраниться от обычного слитного сосуществования субъекта и деятельности.

В этом смысле можно говорить о волевом акте как о совершенно особом состоянии сознания. Во-вторых, воля всегда перспективна по своей сути, она направлена в будущее. Совершая волевой поступок, человек думает не о своем положении в настоящий момент, а о том, каким оно станет в дальнейшем, если он сделает или не сделает нечто.

В-третьих, воля переживается как активность Я. Например, человек чувствует жажду. Он встает, берет графин с водой, наливает и пьет. В таком типе поведения отсутствуют атрибуты волевого акта: нет ни субъективного разделения субъекта и ситуации, ни сколько-нибудь выраженной ориентации в будущее, ни активности субъекта. Другими словами, при обычном (импульсивном) поведении его источником переживается скорее сама потребность, чем активное Я. Волевое же поведение никогда не бывает реализацией актуального импульса и, следовательно, необходимую для реализации деятельности энергию заимствует из другого источника. Что это за источник? Таким источником является личность человека.

Воля как функция иерархии мотивов

А.Н. Леонтьев считает, что волевое действие – есть процесс победы открыто социальных и идеальных мотивов в индивидуальной системе иерархии мотивов над объектно-предметными и наглядными. У недостаточно зрелой личности или в ситуации экстремально сильного действия биологического мотива регулирующая роль перейдет к чужой воле – приказу или перейдет во внешний план самокоманды.

Теперь обратимся ко второй составляющей исходного тезиса об условиях протекания волевого акта. Например, вам нужно заставить маленького ребенка съесть кашу. Что будет эффективнее: пообещать ему, что он получит вкусное пирожное после того, как съест кашу (идеальная форма мотива), или положить вожделенное пирожное перед ним? Ответ очевиден. В первом случае ребенок мгновенно проглотит нелюбимое блюдо, а во втором – разразится плачем.

То есть в случае конфликта мотивов прием соподчинения их в качестве последовательных этапов деятельности и представленность одного из них в идеальном (воображаемом) плане действует достаточно эффективно. При одновременном присутствии и каши, и пирожного волевое усилие должно быть приложено значительно больше. Таким образом, волевой акт, представляющий, по сути, результат борьбы конкурирующих мотивов, разворачивается в направлении актуализации социального по происхождению и идеального по форме мотива в ущерб биологическому и наглядному.

Структура волевого акта

С.Л. Рубинштейн различает четыре стадии волевого акта.

• Возникновение побуждения и предварительная постановка цели. Субъективно эта стадия переживается как стремление сделать нечто.
• Стадия обсуждения и борьбы мотивов.
• Решение. Процесс принятия решения может протекать различно. В первом случае (когда нет «борьбы мотивов») оно протекает как бы бессимптомно: постановка цели условно совпадает с принятием решения. Как пишет С.Л. Рубинштейн: «Стоит только представить себе цель, чтобы чувствовать и знать: да, я этого хочу! Стоит толь ко это почувствовать, чтобы уже перейти к действию». Во втором случае, если мотивы различны по значимости, решение наступает как полное и окончательное разрешение того конфликта, который вызвал борьбу мотивов. В третьем случае (здесь мотивы практически равны по значимости и интенсивности) решение наступает как насильственное снятие все еще бушующей борьбы мотивов. Акт принятия решения характеризуется своеобразным субъективным переживанием. Человек чувствует, что дальнейший ход событий зависит от него. «Осознание последствий будущего поступка и зависимости того, что произойдет от собственного решения, порождает специфическое для сознательного волевого акта чувство ответственности».
• Выполнение. 

Когнитивные компоненты волевого акта

В.А. Иванников рассматривает волевую регуляцию как произвольное изменение (усиление или ослабление) побуждения к действию, сознательно принятому по необходимости (внешней или внутренней) и выполняемому человеком по своему решению. Необходимость такого изменения возникает, как уже отмечалось, при недостатке соответствующей принятому действию мотивации. Что же при этом делает человек? Как он достигает необходимого изменения побуждения? Формирование побуждения к волевому действию достигается через трансформацию или создание дополнительного смысла действия. То есть действие после свершения волевого акта осуществляется уже не только в силу исходного (недостаточного) мотива, в согласии с которым было принято решение о его реализации, но и в силу других мотивов.

В исследовании А.В. Запорожца было показано, что в зависимости от того, какой смысл имеет для испытуемого задание, кардинально меняется уровень его исполнения. Трем группам испытуемых предлагали поднимать и опускать достаточно тяжелый груз. Испытуемым первой группы не указывали смысл выполнения задания. Испытуемым во второй группе сообщалась его цель, т.е. их просили поднять груз максимально возможное количество раз, чтобы установить личный рекорд. Испытуемым третьей группы предлагали вообразить ситуацию, когда они не просто поднимают груз, а вырабатывают силой своих мышц электроэнергию для того, чтобы в городе зажегся свет. Нетрудно догадаться, что наивысший результат был получен у участников последней группы.

Изменение смысла действия возможно через изменение позиции субъекта. Так, в работе А. И. Липкиной отстающим ученикам поручали опекать школьников младших классов. Смена позиции с «ученика» на «учителя, наставника» приводила к изменению самого смысла учебы и, как следствие, к повышению настойчивости в овладении учебной программой. Смысл действия может также быть изменен при помощи предвосхищения последствий того или иного действия. П. В. Симонов, автор информационной теории эмоций, рассмотренной нами выше, приводил для иллюстрации данного механизма случай из своей жизни. Когда ему не хватило смелости для прыжка с парашютом, он подумал о своем товарище, который не решился прыгнуть накануне. Поставив себя на его место и представив, как стыдно ему было смотреть в глаза друзьям, Симонов прыгнул с парашютом.

Еще один механизм изменения смысла принятого действия заключается в добавлении нового смысла к уже существующему. Например, не только «пробежать 2 километра», но и «по дороге пересчитать все деревья в сквере».

Придание дополнительного смысла принятому действию может осуществляться приемами «мифологического мышления». Тогда недостаточно мотивированное действие способно превратиться в символический акт. Например, студентка может загадать, что, если она хорошо подготовится к семинару, юноша, который ей нравится, пригласит ее в кино. Последним из распространенных вариантов трансформации смысла является связывание действия с новыми, не типичными для него мотивами (использование приема самостимуляции). Например, женщина, которая решила соблюдать диету, может укрепить свою волю, сказав себе: «Если я продержусь неделю, то куплю себе новое платье». Гипотеза В. А. Иванникова может быть хорошо проиллюстрирована с помощью знаменитой притчи о строительстве Шартрского собора. Когда у трех людей, каждый из которых толкал перед собой тележку, груженную камнями, спросили «Что ты делаешь?», один ответил: «Везу камни», другой: «Зарабатываю деньги, чтобы прокормить семью», а третий сказал: «Строю храм». Очевидно, кто из них толкал свою тележку с большим энтузиазмом и чье поведение было более волевым.

Зверніть увагу на додаткові посилання

Головний розділ

1.1.2 Базовые психические функции как предпосылки учения

Сторінки, близькі за змістом

1.1.2 Базовые психические функции как предпосылки учения

1. Психолого-дидактические основы обучения